Uncategorized

«Держите свои ключи! Больше не приду» — швырнула на стол связку ключей и захлопнула дверь

by

Навязчивая забота душит — это неприемлемо! — Зинаида Петровна, здравствуйте. Проходите. — Здравствуй, Викуль. Вика открыла дверь пошире. На пороге стояла свекровь с большим пластиковым контейнером в руках. Зинаида Петровна прошла в прихожую, протянула контейнер Вике. — Вот, пирожков принесла, пока горячие. Артёмушке точно понравятся. Она сняла пальто, повесила на крючок и, не дожидаясь приглашения, … Read more

Я вырастила сына соперницы, а своего отдала чужим людям. Страшная тайна 1941 года, которую я пронесла через всю войну

by

Той весной воздух в селе был напоен ароматом цветущих яблонь и трепетным ожиданием грядущего праздника. Казалось, сама природа готовилась к торжеству, укутывая землю в зелень и солнце. Для Вероники это было время счастливых надежд и сладкого волнения. Ее сердце, как птица в клетке, трепетало от предвкушения скорого брака с Максимом. Свадьбу назначили на июнь, и … Read more

«Как ты посмел! Как у тебя рука поднялась!» — в ярости врывается мать Яны в квартиру, обвиняя жениха в насилии

by

Как же легко можно неправильно понять любовь! — Как ты посмел! Как у тебя рука поднялась! – женщина практически ворвалась в квартиру, где вот уже два месяца проживала её дочь. – Еще мужчина называется! Лев отшатнулся от бешеного напора гостьи, едва заметно морщась. Вслед за неё в квартиру зашел рослый парень с хмурым выражением лица. … Read more

Ждала своего фронтовика четыре года, а он пришел и потребовал от меня немыслимое… Пришлось срочно выйти замуж за незнакомца с медалями, и теперь вся деревня шепчется у меня за спиной

by

Золотистое августовское солнце 1941 года купало в своих лучах бескрайние поля, окрашивая стога сена в медовые тона. Варвара, высокая и стройная, с грацией, неожиданной для такой работы, ловко орудовала вилами. Загорелые руки привычно перекидывали душистое сено, и в такт ее движениям звенели сверчки в придорожной траве. Воздух был густым и теплым, пах пылью, полынью и … Read more

1941 г. Её называли фрау в учительской, а через четыре года вся деревня кланялась ей в ноги… История одной немецкой девушки, которую Сибирь научила не только выживать.

by

Холодная осень 1941 года навсегда врезалась в память Линды Райс ледяной зазубренной границей, отделившей все, что было «до», от пугающей неизвестности «после». Но чтобы понять всю глубину этого падения, нужно было знать высоту, с которой она рухнула. Ее семья, Райсы, была столпом и опорой поволжского села еще со времен императора Александра III. Прадед, искусный лекарь, … Read more

Она с детства видела чужие болезни и беды, а её за это травили всем селом. Но когда её подруга пришла к ней с мольбой о помощи, она сделала всего одну вещь — сладко улыбнулась и солгала

by

Тихий майский вечер опускался на село Потапово, окрашивая небо в нежные пастельные тона угасающего дня. Воздух, напоенный влажной свежестью только что прошедшего дождя, был густ и душист. Он вбирал в себя все ароматы пробудившейся земли: сладкий, почти пьянящий запах цветущей сирени, горьковатую свежесть молодой полыни, едва уловимый медный привкус далекой грозы. У открытого окна, навалившись … Read more

«Каким же надо быть жестоким человеком, чтобы бросить ребёнка на улице в мороз» — восклицает Ирина, прижимая найденного младенца к себе, прежде чем срочно позвонить подруге за помощью

by

Как можно было оставить беззащитного младенца на морозе? Зимний вечер на окраине города в частном секторе. Темно. По улице, прикрывая лицо варежкой от мороза, возвращается из магазина Ира. Вошла в калитку. Послышался странный писк. Шум ветра мешает понять, показалось, или она, в самом деле, слышит детский плач. Ирина прислушалась. Тихо. На всякий случай, вышла из … Read more

Война подарила мне любовь и отняла подруг. Чтобы спастись от домогательств, я вышла замуж по приказу, но никто не знал, что наш брак станет началом самой большой тайны

by

Холодный рассвет 1941 года окрасил стены маленького домика на окраине Ульяновска бледными, тревожными тонами. В низкой горенке, где пахло хлебом и сушеными травами, стояла напряженная тишина, густая, как кисель. — Я не пущу! — вдруг разрезала тишину женщина, вставая в дверном проеме, словно живой баррикадой. Ее руки, испещренные прожилками прожитых лет и трудов, вцепились в … Read more

Дочка врага народа. Она родила от нелюбимого. Сельчане требовали расправы, но она сбежала, подделала документы и устроила такую аферу, что дрогнуло бы сердце у самого строгого директора детдома.

by

Стоя посреди горницы, сжимая в дрожащих пальцах подушку, молодая женщина размазывала горькие, соленые слезы по своим исхудавшим щекам. Нет, она не в силах, ей не хватит духа совершить этот ужасный поступок, перечеркивающий все законы человечности и милосердия. Как ни крути, а в этом беззащитном существе, что тихо посапывало в колыбели, течет не только чужая, враждебная … Read more

— Накрой на стол и обслужи гостей! — нагло потребовала свекровь

by

Хозяйка требует Надя стояла у плиты, в пижаме, с собранными в небрежный пучок волосами. На столе, уткнувшись в альбом, сидела семилетняя Даша и сосредоточенно выводила фломастером разноцветные завитушки. — Ты опять эти свои хлебцы жаришь? — раздалось за спиной. Надя обернулась. В дверях стояла Зоя Павловна — в халате, с поджатыми губами и выразительным взглядом, … Read more