После первой брачной ночи, мне позвонили из ЗАГСа и сказали что я должна срочно приехать к ним и мужу нельзя ничего говорить. Когда я узнала правду, было уже поздно…
Утро после свадьбы пахло лилиями, дорогим парфюмом и немного — остывшим кофе. Солнечные лучи пробивались сквозь плотные шторы отеля, рисуя золотистые полосы на разбросанных вещах: белой фате, небрежно брошенной на кресло, и открытых чемоданах. Кристина сидела на краю кровати, глядя на спящего Артема. Он выглядел таким безмятежным, почти юным в этом утреннем свете. Через пять часов их ждал самолет в Ниццу — начало их долгожданного медового месяца.
Тишину нарушил резкий вибросигнал телефона. Кристина вздрогнула, поспешно схватила трубку с прикроватной тумбочки, боясь, что звук разбудит мужа. Номер был незнакомый, городской.
— Алло? — шепотом ответила она, выйдя на балкон.
— Кристина Игоревна? Это Елена Викторовна, старший специалист центрального ЗАГСа, где вы вчера регистрировали брак, — голос в трубке звучал официально и одновременно странно напряженно. — У нас возникла критическая ситуация с вашими документами. Произошло серьезное несоответствие в данных реестра, которое требует вашего немедленного присутствия.
— Но мы улетаем через несколько часов! — Кристина почувствовала, как внутри зашевелился холодный комок тревоги. — Разве это нельзя решить удаленно или по возвращении?
— Боюсь, что нет. И, Кристина Игоревна… — голос женщины стал тише. — Я прошу вас приехать одну. Не говорите об этом Артему Владимировичу. Это в ваших интересах. Пожалуйста, поспешите. Мы ждем вас в кабинете номер двенадцать.
Трубка ответила короткими гудками. Кристина стояла на балконе, вдыхая прохладный утренний воздух, но он не приносил облегчения. «Приехать одной. Не говорить мужу». Слова крутились в голове, как заезженная пластинка.
Когда она вернулась в комнату, Артем уже потягивался, улыбаясь ей своей теплой, открытой улыбкой.
— Доброе утро, жена, — проговорил он, и от звука его голоса Кристине стало физически больно за ту ложь, которую ей сейчас предстояло произнести.
— Артем, представляешь, из офиса звонили, — начала она, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Там какая-то накладка с документами по последнему тендеру. Шеф в ярости, требует, чтобы я заскочила на полчаса и подписала акт передачи. Говорит, без этого премия не уйдет.
Артем нахмурился:
— В воскресенье? После свадьбы? Совсем совести у твоего начальства нет. Давай я тебя подброшу?
— Нет-нет! — слишком резко выкрикнула она. — Спи, отдыхай. Я на такси, туда и обратно. А ты пока проверь, всё ли мы взяли.
Через сорок минут такси остановилось у монументального здания ЗАГСа. Вчера они входили сюда под звуки марша Мендельсона, счастливые и уверенные в будущем. Сегодня Кристина входила через боковой служебный вход, чувствуя себя преступницей.
Коридоры были пусты. В двенадцатом кабинете её ждала женщина средних лет в очках с тяжелой оправой. Перед ней лежала папка — тонкая, но, казалось, весившая тонну.
— Присядьте, Кристина Игоревна, — Елена Викторовна жестом указала на стул. — Извините за такую таинственность, но закон обязывает нас сообщать подобные вещи супругу лично, если информация всплывает в ходе автоматической сверки обновленных баз данных ведомств.
— О чем вы говорите? Какие несоответствия? — Кристина сжала сумочку так сильно, что костяшки пальцев побелели.
Сотрудница вздохнула и открыла папку.
— Понимаете, вчера
…— Понимаете, вчера вечером, после того как архив закрылся, произошла автоматическая сверка с обновленной базой МВД. Выявилось расхождение по личности вашего супруга.
Кристина почувствовала, как холодок пробежал по спине.
— Какое расхождение? Он гражданин РФ, паспорт проверяли…
— Паспорт подлинный. Но данные по нему заблокированы. — Женщина внимательно посмотрела на неё поверх очков. — Кристина Игоревна, мужчина, за которого вы вчера вышли замуж, с октября 2019 года находится в федеральном розыске. Он обвиняется в серии мошенничеств в особо крупном размере. Известен как «брачный аферист». Менял фамилии, города, женщин. Обычно исчезал сразу после свадьбы, прихватив сбережения жены и её кредитные карты.
В ушах Кристины зашумело. Слова доносились будто сквозь толщу воды.
— Этого не может быть… Он — Артем… Мы год знакомы, он работал в крупной фирме…
— Фирма, где он якобы работал, ликвидирована полгода назад. Квартира, которую он вам показывал, арендована. Даже его коллеги, с которыми он вас знакомил — скорее всего, подставные лица. Это классическая схема. Вам повезло, что база обновилась до того, как вы улетели. Полиция уже едет сюда, чтобы взять у вас показания. Вы не должны ему ничего говорить, иначе он исчезнет, и вы станете соучастницей.
Кристина судорожно схватила телефон. Руки тряслись. Она набрала Артема — «абонент временно недоступен». Набрала номер отеля, ресепшн ответил после второго гудка.
— Доброе утро, я из двенадцатого номера, это Кристина. Соедините меня с моим мужем, Артемом, пожалуйста.
— К сожалению, мэм, ваш супруг выехал около получаса назад. Сдал ключи, попросил вызвать такси к аэропорту. Сказал, что вы встретитесь там. Ваши вещи он попросил передать на хранение.
Кристина медленно опустила трубку. Перед глазами поплыло. Всё встало на свои места: его нежелание фотографироваться вместе, спешка со свадьбой, просьба оплатить путешествие с её карты, потому что «счет заморозили из-за санкций». А вчера ночью он попросил у неё пароль от онлайн-банка, якобы чтобы перевести деньги на общий счёт для медового месяца.
Она открыла приложение банка. Счёт был пуст. Исчезли все её накопления, деньги, подаренные родителями на свадьбу, даже кредитный лимит был выбран до копейки.
Было поздно. Слишком поздно. Полиция, может, и поймает его когда-нибудь, но её доверие, её сердце, её будущее — всё это осталось в руках человека, которого на самом деле никогда не существовало. За окном ЗАГСа ярко светило солнце, а в её жизни только что наступила самая долгая и холодная ночь.